Психотерапия детей-жертв террористического акта в Беслане

Психотерапия детей-жертв террористического акта в Беслане

После трагедии в Беслане почти у всех оставшихся в живых детей, стали отмечаться психические нарушения в виде депрессий, неврозов и других психических расстройств.

У большинства выявленные психоневротические отклонения характеризовались, повторными переживаниями полученной психической травмы. Почти у половины опрошенных детей плохой сон, ночные кошмары в которых снились боевики, захват школы. Наблюдались симптомы «избегания», когда дети не выходили из дома, чтобы не встретиться с людьми — бывшими заложниками, обходили школу, в которой произошло жестокое событие, потерей прежних интересов к учебе, любимым предметам, понижение успеваемости. Так же среди подростков наблюдалась агрессия против сверстников. Страх темноты, одиночества, тревога в любое время суток, частое ожидание угрозы.

Соматическое состояние у детей сопровождалось разнообразной вегетативной симптоматикой: зуд кожи, температура, головные, сердечные боли, тремор пальцев рук, и д. р. Жалобы пациентов на сниженный или полностью отсутствующий аппетит, сочетание ощущения озноба с повышенной потливостью, тошнота, позывы на рвоту, затрудненный стул.

С целью улучшения стрессового, шокового состояния, снижения степени тревоги, активизации детей на перспективную деятельность, на возобновление восприятия ими положительных жизненных моментов нами использовался ряд психологически-психотерапевтических мероприятий. В каждом отдельном случае, выявлялись личностные особенности потерпевшего, переживания, их характер, глубина на момент беседы.

С пострадавшими в теракте детьми проводились психотерапевтические сеансы, прогрессирующая релаксация по Джейкобсону — как подготовка для дальнейшего ведения лечебной психотерапевтической работы. Проводилась терапия творческим рисунком, творческим самовыражение. Терапия творческим рисунком сопровождалась музыкальной релаксацией для дополнительного ослабления постстрессовых тяжелых воспоминаний, увеличения адаптационных сил, укрепления и мобилизации «глубоких резервов», воспроизведения состояния мышечной релаксации и психического успокоения.

За период психотерапевтической работы дети принесли на лечебные сеансы по просьбе врача свои рисунки, которые помогли дополнительно психоаналитически выявить бессознательные конфликтные переживания, тайные желания, отношения с определенными людьми, отношение к определенной ситуации, степень, в том числе, тяжести переживаний воспоминаний прошлой трагедии и т.д.

С аккуратными подсказками-направлениями врача, обдуманно, последовательно, обоснованно, не спеша, ребенок давал субъективное название своему или чужому рисунку, аргументируя название своими логическими, по-детски, адекватными умозаключениями.

В дополнение к анализу рисунков, дети с удовольствием по просьбе врача или по собственной инициативе читали отрывки из поэмы М Лермонтова «Бородино», стихотворения Н.Некрасова. По этим произведениям подростки пытались определить характер поэтов, найти схожесть их особенностей характера со своим. Появлялось живое или грустное, задумчивое, отрешенное выражение на лице, в глазах, дети вживались в образ того или иного героя произведений.

Этим самым постепенно у каждого присутствующего пациента, в том числе и у взрослых родственников детей в большинстве случаев удалось добиться снижения тревожной напряженности, выравнивание эмоционально-поведенческого фона, появление личной заинтересованности в дальнейшем проведении лечения, исчезли кошмарные сновидения, появилась заинтересованность в учебе — улучшились показатели ответов на уроках. Большинство присутствующих охотно выполняли самостоятельно домашние задания по рекомендации врача: повторяли релаксационные упражнения, элементы аутогенной тренировки.

Дети и сами на фоне психотерапевтического процесса замечали у себя улучшение психоэмоционального состояния, нормализовался сон, аппетит. В глазах у подавленно-тревожного с подозрительным взглядом ребенка появлялся живой блеск в глазах. Бледность кожи лица приобретала румяный оттенок. На лице краска некоторого смущения сочеталась с адекватной улыбкой. Появлялась и постепенно нарастала уверенность в голосе, поведении. Присутствующие перед лечением у большинства детей робость, затаенное недоверие, волнение, страхи, сомнения, апатия, безынициативность постепенно сменились на жизнерадостность. Считали, что учебу в школе необходимо продолжать, подтверждая свое желание лучшими оценками по школьным предметам. Детей начинало удовлетворять расширение, возобновление у них прежних контактов общения, интересов.

Во время их выступления врач сам получал немалое, глубокое, душевное, человеческое удовлетворение. Радуясь тому, что погибавшие еще недавно дети и жившие после нечеловеческой трагедии тяжелыми, глубоко недетскими воспоминаниями, сейчас, благодаря внутреннему резервному потенциалу, с помощью их собственной творческой активности оживают. Возвращаются к обычной нормальной жизни с ее закономерностями, радостями. Снова приобретая индивидуальные собственные человеческие способности, достоинства.

Терапия творчеством и терапия творческим самовыражением, не смотря на ограниченный период работы врача с пострадавшими детьми во время теракта, на основании полученных данных показала большую их значимость.

В связи с краткосрочным, недостаточным курсом психотерапевтического лечения пострадавших от трагических событий в сентябре 2004 года детей необходимо предположить неустойчивость полученной ремиссии от проведенного лечения. Для более позитивно-качественных длительных результатов указанного сочетанного психотерапевтического лечения рекомендуется его повторять. Каждый последующий курс лечения, по возможности, должен быть более длительным. Групповую психотерапию также необходимо сочетать и с индивидуальной у одного итого же пациента (а также и внешне здорового, но — в прошлом участника трагедии.
Психиатр, психотерапевт, кандидат медицинских наук Соколов Е.Ю.

Категория: 
Рейтинг: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Подтвердите, что вы не являетесь роботом.